Кронштадтские лоцманы: служба и поселение

Предыстория

Лоцманская служба является одним из древнейших морских институтов. Ещё в Древней Руси существовали проводники судов – так называемые «вожи», сопровождавшие корабли по рекам, озёрам и морям. Однако официальным началом российского лоцманского дела принято считать 1653 год, когда указом царя Алексея Михайловича было разрешено крестьянину Ивану Хобарову проводить иностранные торговые корабли к порту Архангельска и обратно в море. Именно с этого указа началось оформление лоцманского института: вокруг Архангельска возникло поселение «корабельных вожей» – профессиональных проводников судов. В последующие десятилетия правовой статус лоцманов менялся: сначала право лоцманской проводки сдавалось на откуп (до 1685 г.), затем лоцманы были подчинены таможне, и была установлена твердая такса за их услуги.

С основанием Санкт-Петербурга (1703) лоцманская служба стала необходимой для проводки судов по опасным мелководьям Финского залива. 16 апреля 1709 года Пётр I издал указ (через адмирала Ф. М. Апраксина) об учреждении в Петербурге первого лоцманского общества. По этому указу все лоцманы Санкт-Петербурга (74 человека с семьями) были освобождены от податей и повинностей и поселены на Васильевском острове, получив землю для проживания. Лоцманы столицы получали жалование и особое вознаграждение за поддержание фарватеров и навигационных знаков, а также имели право на сбор по 1 рублю с каждого проведенного судна. Впоследствии лоцманские команды появились и в других регионах Российской империи: с 1714 года – на Азовском море, а в начале XIX века – в портах Черного моря и на Дальнем Востоке.

При всём этом, вплоть до середины XIX века, значительный пробел оставался на Балтике: в Финском заливе не существовало собственной лоцманской службы. Российское правительство ограничилось созданием пилотной команды для проводки судов по Неве в Санкт-Петербурге, но Кронштадт – главная морская крепость и внешний порт столицы – долгое время оставался без штатных лоцманов. К середине XIX века рост торговли и судоходства, а также накопление проблем в навигации Финского залива, актуализировали вопрос о создании лоцманской службы для Кронштадта.

Обстоятельства создания лоцманской службы в Кронштадте (1864–1865)

Серьёзно обсуждать учреждение лоцманской службы в Кронштадте начали лишь после Крымской войны 1853–1856 гг.. В ходе войны побережье острова Котлин (где расположен Кронштадт) было перекрыто множеством оборонительных заграждений – ряжей, чтобы воспрепятствовать британскому флоту. После войны эти затопленные ряжи сделали фарватеры Финского залива опасными и для гражданского судоходства. Командир Кронштадтского порта, генерал-адъютант Ф. М. Новосильский, в докладной записке в Морское министерство указал, что глубины на подходах, отмеченные на официальных лоциях, не соответствуют действительности. Торговые капитаны, следуя по карте и натыкаясь на невидимые ряжи, требовали от правительства компенсации за ущерб. Казна вынуждена была платить за каждый повреждённый корабль и испорченный груз, что выливалось в значительные расходы. В этой ситуации Новосильский предложил положить конец утечке государственных средств и учредить в Кронштадте лоцманскую службу.

Предложения были доложены императору Александру II, и в результате 10 августа 1864 года последовало Высочайшее разрешение на учреждение в Кронштадте лоцманского цеха (первого профессионального объединения лоцманов). Учреждение носило характер эксперимента сроком на три года. Временный устав лоцманской службы был утверждён управляющим Морским министерством адмиралом Н. К. Краббе. Этим уставом государство, с одной стороны, поставило службу на принципы самоокупаемости (лоцманы должны были содержать себя за счёт сбора с судов), а с другой – предоставило ей монопольные условия работы: был установлен обязательный район лоцманской проводки (обязательная проводка через Кронштадтский рейд) и фиксированные ставки лоцманского сбора за проводку коммерческих судов. Устав подробно регламентировал финансовые вопросы: все собранные лоцманские платы образовывали общий капитал лоцманского общества (цеха) и могли расходоваться строго на определённые нужды – выплату жалованья лоцманам и обслуживающему персоналу, погашение государственной ссуды с процентами, отчисления в пенсионный фонд, приобретение земли и строительство жилья для лоцманов.

Для запуска службы требовались опытные кадры и материальная база. Морское министерство выделило новому лоцманскому цеху ссуду в размере 15 000 руб. на первоочередные нужды: закупку необходимых судов, оборудование лоцманских станций и прочее. Уже 30 сентября 1864 года исполняющий должность главного командира Кронштадтского порта вице-адмирал П. И. Бернс подписал приказ, предписывающий лоцманскому командиру капитану 2-го ранга Юстусу Эриксону с 1 октября 1864 г. открыть лоцманский цех и приступить к проводке судов на Кронштадтском рейде. В тот же день, 1 октября, на дежурство к дальнему Лондонскому маяку (плавучему маяку в Финском заливе) был отправлен первый лоцманский отряд – 6 лоцманов и 2 учеников на специально предоставленном ботике. Таким образом, осенью 1864 года лоцманская служба в Кронштадте фактически начала свою деятельность.

Окончательное организационное оформление состоялось в начале следующего года. 18 января 1865 года лоцманский командир капитан Ю. Ад. Эриксон представил в штаб Кронштадтского порта подробный план расположения лоцманских служб и жилья, обосновывая выбранную систему. В рапорте Эриксон подчеркнул важность компактного размещения лоцманов, писав, что «…от полного заселения [лоцманов] образуется чисто морская каста в одном месте, которая будет полезна не только для Кронштадта, но и для всего Государства». Эта идея — создать сплочённое профессиональное сообщество лоцманов — легла в основу организации службы. О самом поселении речь пойдет чуть ниже.

Организация и штат Кронштадтской лоцманской службы

Лоцманская служба в Кронштадте с момента своего основания имела чёткую структуру и штатное расписание. Руководителем являлся особый офицер – лоцманский командир (лоц-командир), которому подчинялись все лоцманы. Первым лоцманским командиром был назначен капитан 2-го ранга Юстус Адольфович Эриксон (впоследствии вице-адмирал), его помощником – лейтенант Аксель Юселиус. Оба они, как и весь первоначальный состав, были приглашены из Великого княжества Финляндского, где к тому времени существовали опытные кадры мореплавателей. Первая команда Кронштадтского лоцманского цеха включала 15 лоцманов и 5 лоцманских учеников (стажёров). Каждый приглашённый финский лоцман по уставу обязан был обучать двоих русских учеников, чтобы постепенно подготовить местные кадры. Морской министр выражал уверенность, что очень скоро цех будет располагать достаточным числом опытных русских лоцманов.

Лоцманы набирались из числа профессиональных моряков. Хотя по происхождению они не имели официального звания «лоцман» до вступления в цех, большинство были опытными шкиперами и капитанами торговых и военных судов. Задачей лоцманов являлась безопасная проводка судов через опасные рейды и фарватеры Кронштадтского порта. В зону обязательной лоцманской проводки вошли подходы к острову Котлин и акватория Кронштадтского рейда – каждый коммерческий корабль, следующий из Балтийского моря к Кронштадту, должен был брать на борт кронштадтского лоцмана. Далее, следуя от Кронштадта к Петербургу (по мелководной Невской губе), судно могло нанять столичного (петербургского) лоцмана; эта часть проводки формально не была обязатальной, но, как показала практика, услугами кронштадтских лоцманов нередко продолжали пользоваться и на пути до Санкт-Петербурга.

Для выполнения своих обязанностей лоцманская команда разделялась между несколькими станциями. Одна часть дежурила непосредственно в Кронштадте (Купеческая гавань порта), другая – на внешнем рейде у плавучего маяка «Лондонский» (на подходе к заливу). Там круглосуточно несла вахту вахтенная группа на специальном лоцманском боте, чтобы оперативно встречать приходящие из моря суда. Материальная часть службы постепенно развивалась: на первые средства цеха были закуплены необходимые небольшие суда (боты) и оборудованы сигнальные посты. В 1865 году лоцманское общество приобрело земельный участок на южном побережье Финского залива (в Петергофском уезде, район Лебяжьего) для строительства жилья лоцманам. Это позволило расселить лоцманов компактной общиной в непосредственной близости от места службы, чтобы они всегда были наготове к выходу в море.

Финансирование деятельности цеха осуществлялось за счёт лоцманского сбора, взимавшегося с судов. Тариф зависел от размера судна (осадки, регистровой вместимости или по футам углубления). Все сборы поступали в общий капитал цеха, из которого выплачивалось жалованье лоцманам, содержались суда и станции, откладывались суммы на аварийный фонд и на погашение полученной от государства ссуды. Государственный кредит (15 тыс. руб.) лоцманское общество обязалось вернуть из своих доходов в течение трёх лет. Таким образом, кронштадтская лоцманская служба с самого начала была организована как самоуправляемое профессиональное сообщество, действующее под надзором Морского министерства. Ее публично-правовой статус сочетался с элементами самофинансирования: по разъяснению Правительствующего Сената, лоцманские общества считались «частными трудовыми союзами, находящимися под контролем правительства», поскольку их деятельность была «чрезвычайно важна для государства».

Первые годы развития (1865–1870-е годы)

Уже первая навигация 1864 года (с 1 октября по 10 ноября) наглядно подтвердила необходимость новой лоцманской службы. Несмотря на краткий период работы осенью 1864 г., лоцманы провели в Кронштадт с моря 289 коммерческих судов и вывели в море 78 судов. Каждый лоцман бывал вынужден ежедневно проводить по 2–3 корабля через рейд. Опасения скептиков, что капитаны не станут пользоваться платными услугами, не оправдались: напротив, даже британские суда, хорошо знавшие фарватеры, с удовольствием брали на борт кронштадтских лоцманов, отмечая, что «давно следовало иметь лоцманов в Кронштадтском порту». Отзывы иностранных и русских капитанов были восторженными – многие просили лоцманов сопровождать их суда и в гавани, отмечая, что толковый лоцман приносит больше пользы, чем старший помощник капитана. За первую навигацию цех получил доход около 3342 руб. серебром, который был сразу же пущен на развитие: эти деньги инвестировали в покупку земли под лоцманское поселение, чтобы обустроить быт команды на новом месте.

Полноценное функционирование кронштадтской лоцманской службы началось с весны 1865 года, когда навигация открылась уже с подготовленной командой. По итогам сезона 1865 г. капитаны торговых судов были «весьма удовлетворены» работой лоцманов. Хотя формально при следовании из Кронштадта в Санкт-Петербург брать лоцмана было не обязательно, по добровольному желанию капитанов 53 судна в 1865 году были проведены кронштадтскими лоцманами вплоть до Невского плавучего маяка (то есть практически до входа в порт Петербурга). Это свидетельствовало о доверии к мастерству новых лоцманов. В то же время выявились и первые проблемы: так, во время шторма и сильного ветра лоцманам бывало сложно добраться на весельных ботах до подходящих судов или вернуться обратно после проводки. Анализируя второй навигационный сезон, лоцманский командир Эриксон в рапорте от 4 декабря 1865 г. указал на острую необходимость небольшого парохода для нужд лоцманской команды: «пароход весьма нужен не только в бурные погоды, но и в те дни, когда прибывает с моря или отходит в море много судов».

Правительство отнеслось серьезно к развитию новой службы. Уже в январе 1866 г. адмирал Ф. М. Новосильский ходатайствовал перед Морским министерством о командировке капитана Эриксона за границу для изучения опыта иностранных лоцманских организаций. Эриксона отправили на 6 недель в Данию и Швецию, причем средства (500 руб.) были выделены из фонда обустройства лоцманского цеха. Полученный опыт был использован для улучшения организации службы. Параллельно продолжалось наращивание материальных ресурсов: к 1867 году для лоцманов приобрели небольшой паровой корабль «Котлин», и в навигацию 1868 года он принес цеху огромную пользу. Благодаря 40-сильному пароходу лоцманы могли выходить на рейд при любых ветрах и оперативно доставлять пилотов на борт судов. Нередко «Котлин» спасал и те корабли, что, рискуя, пытались идти без лоцмана: при переменных ветрах некоторые суда садились на мель, но лоцманский пароход без труда снимал их с отмели, предотвращая аварии. Объём работы непрестанно рос: за навигацию 1868 года через Кронштадт прошло около 2767 судов, выведено из порта 2662 судна. Доходы лоцманского цеха возросли пропорционально интенсивности судоходства и достигли десятков тысяч рублей в год. В том же 1868 году лоцманы полностью возвратили государству полученную ссуду в 15 тыс. руб., доказав рентабельность и успешность предприятия.

По завершении трёхлетнего испытательного срока (осенью 1867–1868 гг.) кронштадтские лоцманы заслужили всеобщее доверие. Портовые власти отмечали, что служба организована правильно и эффективно, иностранные государства и консулы направляли благодарственные письма на имя лоцманского командира, высоко оценивая профессионализм пилотов. Специальная комиссия под председательством морского министра подготовила проект нового постоянного устава для Кронштадтского лоцманского цеха, который направили на рассмотрение в Министерства внутренних дел и финансов. Хотя утверждение нового устава затянулось, лоцманское общество продолжало работать по первоначальному уставу, совершенствуя практические аспекты деятельности.

Первые годы существования службы ознаменовались также решением бытовых вопросов и улучшением условий труда лоцманов. До 1869 года на время летней навигации лоцманы размещались в тесном старом тендере «Нева», арендуемом у порта, что было весьма неудобно. На общем собрании в марте 1869 г. было решено построить для цеха стационарное плавучее жильё – блокшив (плавучую пристань). Уже к началу навигации 1869 года двухсекционный блокшив был готов: в одной секции разместили каюты для проживания лоцманов, в другой – для учеников; наверху оборудовали летнюю лоцманскую контору. Постройка обошлась цеху в 4500 руб., после чего ветхий тендер был возвращён порту. Таким образом, лоцманы обрели собственную базу для отдыха между вахтами, что повысило комфорт и готовность несения службы.

Работа лоцманов всегда была сопряжена с риском, и уже на заре существования службы произошёл трагический случай. Летом 1869 года во время шторма на Кронштадтском рейде при высадке лоцмана с английского парохода произошла катастрофа: сильной волной лоцманский бот ударило о борт парохода и затопило – из шести находившихся на борту лоцманов спаслись лишь двое, четверо погибло при исполнении обязанностей. Этот инцидент показал опасность профессии и послужил поводом для дальнейшего улучшения техники безопасности и условий работы. Тем не менее, благодаря выучке и мастерству, кронштадтские лоцманы в целом успешно справлялись со всеми трудностями.

Лоцманское поселение

Как уже писалось выше, в 1865 году Общество приобретает участок земли в районе Лебяжьего. Согласно архивным материалам, общество покупает у «Ея Императорского Высочества Государыни Великой Княгини Елены Павловны» землю на южном берегу Финского залива для постройки лоцманского селения. Было приобретено в собственность Общества за 3 325 руб. 26 десятин 950 квадратных сажен». А к 1867 году по планам общества уже появились первые деревянные дома лоцманов и общественные строения (например лоцманское собрание с домовой церковью Николы Чудотворца). К началу XX века в поселке насчитывалось около 40–42 построек (типовых домов и служебных зданий), часть которых уцелела до наших дней.

Уже к 1885 году поселок признали «образцовым»: здесь стояло 27 типовых деревянных домов для семей лоцманов (в каждом по пять комнат, веранда, резервуар с технической водой и личный ледник). По решению общества на территории селения работали школа и общежитие для учеников-лоцманов, амбулатория с аптекой, экономная лавка и телеграфное отделение; были оранжерея и даже кегельбан. Для благоустройства территории выкопали осушительный канал с тремя мостиками, проложили пешеходные дорожки и липовую аллею, оборудовали купальни, высадили дубы, грабы и сирень. Лоцманское общество содержало своих пожилых и семейные службы (врачей, учителей, сторожей и др.), формируя своего рода «касту избранных» лоцманов. Именно за такое планомерное обустройство поселения оно получило репутацию «рая на земле» для специалистов редкой морской профессии.

После революции 1917 года все дома национализировали и передали под жильё для работников военных предприятий. К настоящему времени сохранилось около 53 старых деревянных строений (27 из них – типовые лоцманские дома), а также часть оригинального парка и несколько исторических колодцев. В 2022 году лоцманское селение в Лебяжьем признано памятником регионального значения: под охраной теперь находятся сами дома, здание Лоцманского собрания с Никольской церковью, амбулатория, а также фрагменты исторических ряжей и лоцманский канал. Сегодня Лоцманское селение – малолюдный исторический район Лебяжьего, в котором работает народный музей лоцманов и действует восстановленная приходская церковь.

Заключение

В первые годы после основания лоцманская служба в Кронштадте прошла этап становления от экспериментального «цеха» к устойчивому профессиональному сообществу. К началу 1870-х годов Кронштадтское общество лоцманов превратилось в образцовую организацию, сочетавшую эффективную проводку судов с заботой о своих членах. В 1880-е годы современники отмечали, что лоцманское поселение близ Лебяжьего, выстроенное на средства общества, являлось одним из самых благоустроенных населённых пунктов: там имелись благоустроенные дома с водоснабжением, школа, амбулатория, библиотека, пенсионное обеспечение вдов и др.. Всё это стало результатом заложенных в 1864-65 годах основ. Таким образом, учреждение лоцманской службы в Кронштадте решило давнюю проблему безопасности мореплавания на подступах к столице, заложив традиции высокой профессиональной подготовки и командного духа, которые впоследствии стали гордостью российского лоцманского дела.

Список используемых источников:

1. Из истории лоцманской службы — журнал «Катера и яхты» №91 от 1981 г. — www.barque.ru
2. Здесь жили лоцманы — Н. Орлова, 06 апреля 2017, газета «Санкт-Петербургские ведомости» — spbvedomosti.ru
3. Как возникла в Кронштадте Лоцманская службы — Н. Каралаш-Марухина, 2014, газета «Кронштадтский вестник», выпуски №23,25,27 и др.  — kronvestnik.ru
4. Активисты пытаются спасти историческое Лоцманское селение в Ленобласти — Л. Березкин, 10 марта 2020, газета «Санкт-Петербургские ведомости» — spbvedomosti.ru
5. Культурное наследие в Лебяжьем оформили. Лоцманское селение признано памятником — статья 47news.ru, 29.07.2022 — 47news.ru
6. Архивно-историческое исследование истории появления храмов в Лебяжье — Выполнено Архитектурно-Реставрационной Мастерской «КиФ» — knebu.org

---